Оккупация Чеченской Республики Ичкерия войсками Российской Федерации продолжается

 

Вход

"Чеченцы – это люди, которые за нас". Представитель президента Украины – о добровольцах и экстрадициях

Евгений Белов

Андрей ЛяховичАндрей Ляхович

В Украине бойцы чеченских добровольческих батальонов имени Шейха Мансура и Джохара Дудаева, участвующие в обороне страны от российской военной агрессии, надеются получить международную защиту после окончания войны. Добровольцев  многие из них родом из Чечни и Дагестана  Россия преследует по линии Интерпола.

Чеченские добровольческие батальоны воевали на стороне Украины с начала конфликта в Донбассе, многие их участники столкнулись с миграционными трудностями из-за преследования в России: на родине их обвиняли в терроризме и экстремизме и приписывали нападения на правоохранительные органы.

В конце прошлого года президент Владимир Зеленский подписал указ об упрощенной процедуре получения украинского гражданства, в том числе для тех, "кто участвует в АТО (антитеррористическая операция на востоке Украины), обеспечивают национальную безопасность Украины или сдерживают агрессию Российской Федерации в отдельных районах Донецкой и Луганской областей". Тем не менее экстрадиционные процессы выходцев с Северного Кавказа в Украине официально не были остановлены.

По информации правозащитной ассоциации "Вайфонд", часть чеченцев-добровольцев до войны не смогла воспользоваться законом о гражданстве, потому что их фамилии оказались в санкционном списке.

Это подтверждает и командир чеченского батальона имени Шейха Мансура Муслим Чеберлоевский – часть его бойцов в прошлом году попала под персональные санкции в Украине. Чеберлоевский сообщил, что ранее военные подавали документы на украинское гражданство или вид на жительство, но безуспешно.

В интервью Кавказ.Реалии уполномоченный президента Украины по вопросам взаимодействия с общественными объединениями и добровольческими формированиями Андрей Ляхович рассказал, что экстрадиционные запросы от России рассматривать не будут, а те, кто воевал на стороне Украины, не будут выданы.

– 25 февраля ко мне приехали пять чеченцев, чтобы обсудить участие их подразделений в боях, – говорит Ляхович. – Среди них был человек, которого перед самой войной полиция планировала выдать России.

– Смогут ли бойцы этих батальонов чувствовать себя в безопасности в Украине, когда война закончится?

– Я думаю, многие из чеченцев захотят освободить и свой гордый кавказский народ от российского оккупанта. Но те, кто останется, найдут себе применение здесь, в Украине. У нас никогда не было разницы между национальностями, религиями. Все люди чувствуют себя у нас комфортно.

Муслим Чеберлоевский (справа)Муслим Чеберлоевский (справа)

В прошлом году Верховная рада проголосовала за возможность присвоения гражданства участникам боевых действий. В эту категорию попали в том числе россияне и белорусы, защищавшие независимость Украины с 2014 года. Впоследствии обнаружился правовой тупик: президент подписывал указ, но в Украине не разрешено двойное гражданство. При этом люди технически не могли отказаться от российского гражданства. Тогда мы ввели правило, позволяющее принять украинское гражданство без отмены прежнего.

С момента вступления Зеленского в должность процесс предоставления убежища, в том числе россиянам, пошел довольно быстро. Часть указов об этом закрытые. Нельзя разглашать, сколько людей из Чечни его получили – у многих остались семьи на родине. Кроме того, некоторые чеченцы не просят убежище официально, чтобы не подвергать опасности своих родных, оставшихся в России. Но у нас есть списки всех воевавших за нас с 2014 по 2021 год.

– Как получилось, что Россия продолжала преследовать их в Украине и даже добилась выдачи к себе Тимура Тумгоева, а Руслана Акиева в Молдавию? После экстрадиции Тумгоева пытали и отправили в тюрьму на 18 лет. Может ли Украина его на кого-то обменять, например, и вернуть в страну?

Если они захотят менять Тумгоева, мы им можем выдать любого их орка, даже генерала и обменять на нашего хлопца

– Это была внутренняя "гидра", которая вредила в том числе и президенту. В первую очередь, в полиции. Вредил один бывший министр, имя не скажу, все его знают (очевидно, речь идет об экс-министре МВД Украины Арсене Авакове. – Прим. ред.). До начала войны внутренние враги раскачивали ситуацию в Украине. Сейчас "ставим галочки", разбираемся с ними. Такой возможности вредить, как в предыдущие годы, у них не будет. Я думаю, когда освободим Россию от Путина, тогда и Тумгоева освободим. А пока обмен зависит от Российской Федерации. Если они захотят менять Тумгоева, мы им можем выдать любого их орка (так называют в Украине российских военных. – Прим. ред.), даже генерала и обменять на нашего хлопца.

– Прямо сейчас развивается ситуация вокруг Али Бакаева, чеченца, которого незаконно преследует Россия (это подтверждено Интерполом). Он вывозил семью из-за войны, но хочет вернуться воевать за Украину, а его не пускают пограничники. Несмотря на войну, украинское следствие продолжает угрожать Бакаеву экстрадицией. Можно ли это исправить?

– Конечно. У нас еще не везде "почищена" система. Чиновники работают много лет, невозможно поменять всех сразу. В полиции еще остались старые работники, не заинтересованные в переменах, поэтому мы решаем проблемы в ручном режиме. Бывает, пограничники не пропускают людей, хотя президент дал поручение впускать всех желающих иностранцев, кто выехал и пытается вернуться. В индивидуальном порядке мы уже решили много таких проблем. Бакаев может обратиться к нам в офис, мы внесем его в списки.

– Почему в Украине экстрадиционные процессы идут по несколько лет? В Европе, как сообщают правозащитники, суды укладываются в год. Али Бакаеву в Киеве долгое время не говорили ничего конкретного, назначались новые заседания, человек жил в неизвестности и под страхом высылки на смерть.

– Такие законы. В начале войны мы забрали из Чернигова одного из тех, кого силовики готовились передать России. Это один из пятерых чеченцев, о которых я сказал, кто сейчас воюет за нас. Суд ранее решил выдворить его в Россию, опираясь на информацию миграционной службы. Мы связалась с чиновниками и забрали человека. Война изменила ситуацию.

– Экстрадиция по-прежнему грозит чеченцу Ахмаду Илаеву, который живет в стране уже более десяти лет и неоднократно обращался за убежищем. Сейчас он в составе батальона имени Шейха Мансура сражается за Украину. Россия запрашивает его выдачу. В Чечне были убиты трое его братьев. Ему самому грозят пытки и смерть. Что будет с ним и другими в аналогичной ситуации?

– Конечно, процесс его экстрадиции надо остановить. Сейчас часть страны сожжена и уничтожена. Чтобы отказать в выдаче официально, надо, чтобы война закончилась. Юристы дадут отказ. Мы никого не можем экстрадировать в Российскую Федерацию, потому что мы с ней воюем. Зная нашего президента, могу сказать, что никакой передачи или выдачи России наших добровольцев не будет.

– Почему попали под санкции бойцы батальона имени Шейха Мансура и президент Зеленский это утвердил?

Президенту подали готовый документ из министерства внутренних дел, он не мог знать всех фигурантов санкционного списка лично

– Во многом это была российская диверсия. Президенту подали готовый документ из министерства внутренних дел, он не мог знать всех фигурантов санкционного списка лично. Он не обязан всех лично проверять, это компетенция министра. По этому поводу мы провели заседание совета безопасности и обороны. Разобрались, и президент дал поручение, чтобы ни один человек, участвовавший [в войне на нашей стороне], не попал больше в списки на выдачу России. Правда, представители полиции все равно продолжали пытаться пройти "между каплями дождя" и все-таки выдать людей. Когда у нас появлялась такая информация, мы этого не допускали.

– А если убежище просит обычный чеченец, преследуемый Россией, не военный человек, у него есть шансы?

– Это зависит от компетентных служб. Просителей проверяют. Россия ведь может их специально сюда направлять как своих агентов. Кроме того, миграционная служба нам в таких случаях напоминает, что есть соглашение о взаимной выдаче преступников. То есть, если Россия кого-то обвиняет в преступлениях, мы должны выдать человека со своей территории. Договор братских народов, он действовал до первой российской ракеты. Стало ясно, что Россия пыталась заполучить чеченцев, воюющих за нас, потому что планировала новое нападение. Больше "братские" договоры не работают. Довоенные законы будут пересматриваться и меняться очень быстро.

– Кто-то из кадыровцев, воюющих в российских рядах против Украины, пытается сдаться и перейти на вашу сторону?

Они понимают, что их просто послали умирать, и не горят желанием погибнуть за Россию-матушку

– Я не слышал [о таких случаях]. Думаю, с теми из них, кто пошел воевать не добровольно, разберутся свои же. Обычно видно по человеку, что он думает. Нам еще в 2014 году объяснили, что чеченцы – это люди, которые за нас, а кадыровцы воюют как войско Кадырова – причем больше в соцсетях. Россияне в целом пачками сдаются и немало говорят о желании перейти на сторону Украины. Они понимают, что их просто послали умирать, и не горят желанием погибнуть за Россию-матушку.

– Что технически будет происходить в дальнейшем с российскими запросами об экстрадиции?

– Вы верите, что они пришлют запрос?

– Всего можно ожидать.

– Президент, конечно же, откажет.

– А если запрос придет в то ведомство, где еще не всех вредителей поменяли?

– Преступления должностных лиц будут расследованы, виновных уволят. Заодно проверят, кто из чиновников чем занимался в дни войны. В запросы России даже не будем вникать. Результатом войны будет наша победа, и наших защитников мы в Россию не отправим, это исключено.

https://www.kavkazr.com