Члены НАТО предоставят $40 млрд военной помощи и обещают «необратимое» членство. Чернев объясняет, почему Украине пока рано радоваться
![](https://forbes.ua/static/storage/thumbs/1200x630/f/1d/abd2bcc3-e51605e0106ade0199ca5ac1bdf581df.jpg?v=7392_2)
Фото Getty Images
На прошлогоднем саммите НАТО в Вильнюсе Украина поставила амбициозную задачу – получить приглашение на вступление в Альянс. Но получила отказ и нечеткую формулировку: «НАТО будет способно отправить приглашение, когда все члены Альянса согласятся».
На юбилейный саммит НАТО в Вашингтоне Киев уже не возлагал слишком больших надежд. Что в итоге? Наибольшим достижением стало включение в декларацию саммита слова «необратимое» в контексте членства Украины в Альянсе.
Члены НАТО также пообещали предоставить $40 млрд военной помощи на 2025 годи создать структуру помощи Украине, которая изменит управляемый США формат «Рамштайн».
Что означают эти решения, стала ли Украина ближе к НАТО и что еще интересное произошло на саммите в Вашингтоне? Рассказывает Егор Чернев, участник саммита, глава парламентской делегации в парламентской ассамблее НАТО и депутат от «Слуги народа».
Разговор сокращен и отредактирован для ясности.
Членство Украины в НАТО
Главным достижением саммита является формулировка «будем поддерживать Украину на необратимом пути к полной евроатлантической интеграции, включая членство в НАТО». Действительно ли членство в Альянсе стало таким неизбежным? Или это «пилюля» за то, что Украине не дают приглашение?
Это максимум, которого можно было добиться на саммите. Мы до последнего настаивали на приглашении как единственном реальном инструменте. Слово «необратимость» вызвало много дискуссий и повлекло за собой внутреннюю борьбу в НАТО.
Нам удалось отстоять именно эту формулировку. Оно якорит Украину в документах саммита и на пути в НАТО. Повторяет положения Конституции Украины. И сужает пространство для маневра партнеров на случай, если что-нибудь произойдет внутри Альянса или его стран-членов.
Как его удалось оставить?
Несколько стран не были готовы к такой формулировке. Помогли друзья Украины в НАТО, отстаивающие наше членство многие годы. Вместе удалось убедить все страны – члены Альянса.
Мы настаивали на приглашении. Когда стало ясно, что это маловероятно, то «необратимое» стало компромиссным решением.
Какие страны были за, а какие – против? Были сообщения, что против «необратимости» выступали США и Германия.
В результате нам удалось убедить всех. В конце длительных дебатов не осталось тех, кто был против.
«Необратимость» сужает поле для маневра членам НАТО. Есть ли у вас уверенность, что вопрос о членстве в НАТО не будет предметом торга на потенциальных переговорах с Россией?
Здесь другая причинно-следственная связь. Чтобы членство не было предметом торга, мы и цементировали эту формулировку в документе Альянса.
Так это гарантирует, что членство Украины в НАТО не станет предметом торга?
100% гарантии никто не дает, но это значительно усложняет изменение позиции. Отказываться от слов легче, чем менять позицию основных документов Альянса. «Необратимость» – существенный якорь, чтобы не сбить нас с курса.
Уже в двух декларациях после саммитов повторяется фраза: «НАТО будет в состоянии прислать Украине приглашение, когда члены согласятся и будут выполнены условия». Уже понятно, что это за условия? Сколько их?
К сожалению, от партнеров нет конкретики, что это за условия. Все понимают, что основное условие – окончание войны. Никто не хочет брать в Альянс страну с войной, распространять на нее пятую статью Североатлантического договора и втягиваться в войну.
Несколько украинских дипломатов говорили нам, что США при действующей администрации никогда не согласятся на членство Украины в НАТО. Даже после завершения войны, видя это как угрозу эскалации и начала третьей мировой войны. Это обсуждалось на саммите?
Вопрос в том, как именно закончится война. Если на условиях «Украинской формулы мира» – с восстановлением территориальной целостности Украины и другими пунктами, Россия будет побеждена. Она будет достаточно слабой, чтобы принять условия победителей – Украины и Запада.
Расширение НАТО происходило, когда РФ была слабой. 1999-й, 2004-й, 2023-й. Тогда РФ ничего не могла сделать. Если условия будут такими, то не будет проблем с членством Украины в НАТО.
Военная помощь
На саммите также объявили о создании структуры NSATU, которая будет координировать помощь и тренировку. Зачем она? Замена «Раммштайна»?
Для перевода добровольного «Рамштайна» в институциализированную систему помощи на обязательной основе для партнеров Украины. Это нужно для лучшей координации и чтобы максимально обезопасить Украину и НАТО от изменения позиции относительно помощи.
Закреплено намерение дать $40 млрд военной помощи на 2025 год. Это жесткое обязательство? Потому что все же в декларации написано «намерены».
На саммит не выходят с несогласованными позициями членов Альянса. Думаю, это будет реализовано.
Цели использования этой помощи будут зависеть от потребностей Украины в конкретный период времени.
Эти $40 млрд военной помощи плюс $50 млрд от G7 – это сигнал России, что она не истощит Украину минимум до 2026-го?
Не сказал бы, что Украина прям обеспечена. Не думаю, что $40 млрд достаточно, чтобы совершить рывок, пойти в контрнаступление и освобождать оккупированные РФ территории.
Этого достаточно, чтобы защищаться. Мы должны искать возможности увеличить финансирование. Рано успокаиваться нам и разочаровываться России.
$40 млрд – необходимый минимум?
Минимум или базовый уровень, что нам нужно.
Много заявлений о Patriot и F-16. Когда и сколько их реально получить?
Было объявлено о пяти системах Patriot. Но четыре из них были ранее анонсированы. Получили одну дополнительную от США. Надеюсь, будут в ближайшее время.
Все партнеры понимают, что системы Patriot требовались на вчера. Было заверение, что, кроме этих Patriot, придут другие системы ПВО до конца года.
Также госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что F-16 уже на пути в Украину. Но пока мы не видим их в нашем небе. Когда увидим, тогда только можно говорить, что они есть.
Чего боится Запад
Бойцы жалуются, что разрешение на удары западным оружием по РФ имеет слишком много ограничений. Проблема КАБов обостряется. Этот вопрос поднимался на саммите?
Поднимался неоднократно на всех уровнях. Конгресс – за отмену ограничений. Там не понимают, почему мы должны воевать с рукой, завязанной за спиной.
Но решение – за Белым домом. Мы доказывали, что должны получить ATACMS и уничтожать российские аэродромы в 300 км. Пока решения нет. По ощущениям, оно созреет. Из инсайдов слышу, что над ним работают.
Новая идея – чтобы Польша сбивала ракеты над Западом Украины. Кирбисказал, что это риск эскалации. Какие здесь позиции?
Есть желание и готовность Польши помогать в защите нашего неба на Западе нашей страны. Но Польша хочет, чтобы это было решение не только Варшавы, но и НАТО, в том числе и США.
Чтобы в случае эскалации это не было проблемой самой Польши, а была реакция НАТО. Вопрос свежий – он в работе.
Как реагировали на удар РФ по «Охматдету»? Такое зверство не побуждает партнеров меньше бояться эскалации?
Все в шоке. Но я ожидал более жесткой реакции в действиях, кардинального увеличения поставок ПВО и военной помощи.
Были жесткие высказывания, но пока они не повлияли на конкретные решения.
Может быть, есть time lag? Это произошло за день до саммита, который готовится несколько месяцев, а не дней.
Возможно, и в перспективе страны предоставят как минимум больше систем ПВО.
Геополитика и тень Трампа
Как НАТО готовится к возможному возвращению Дональда Трампа в кресло президента США? Что говорят страны – члены Альянса?
Отдельного обсуждения не было. Я говорил с демократами и республиканцами. Все сходятся на одном: не давайте оценку действиям Трампа заранее.
Никто не знает, как на самом деле он будет действовать. Его высказывания часто контроверсионные. Сегодня говорит одно, завтра – другое. Такая стратегическая неопределенность присуща Трампу. Чтобы никто не понимал, что именно он будет делать.
Основная претензия Трампа к НАТО – не все страны-члены направляют 2% ВВП на оборону. Превентивно нет желания все же выполнить это обязательство, чтобы не было упреков от Трампа?
Есть абсолютный консенсус, что нужно добиться 2%. Более 20 стран выполняют это обязательство. Другие – на пути к этому. Звучат идеи увеличения до 3%. Все с этим согласны.
Есть вопросы возможной деструктивной роли Трампа в случае его возвращения к власти. Альянс пытается обезопасить себя и Украину, принимая подобные форматы финансирования для Украины.
В декларации НАТО Россию называют главной угрозой. В то же время пишут о готовности сохранять каналы во избежание эскалации. Что это за каналы? Есть ли риск, что по этим каналам будут обсуждать Украину?
Это не ново. Такой подход был и до полномасштабного вторжения России. Партнеры говорят, что необходимо будет разговаривать с РФ по разным вопросам. У членов НАТО тем достаточно: от Арктики до ядерной безопасности.
Это не об Украине. Для нас работает подход «нельзя говорить об Украине без Украины».
В декларации также закреплено, что поддержка Китая и партнерство «без ограничений» с РФ является решающим для российской агрессии. Признание – это хорошо. Но что будет делать НАТО, кроме призывов о прекращении поддержки российского ВПК Китаем?
У Запада достаточно рычагов для воздействия через санкции. Это делают время от времени. К примеру, санкции против российских банков имели сильный эффект. Некоторые китайские банки отказались от расчетов с российскими компаниями.
Это большая шахматная доска. Каждый шаг оценивается не по отдельности, а как фазы всей картины: как решение будет влиять на страны Запада, Китай. Это вопрос шире, чем российско-украинская война.