21 октября Конституционный суд Грузии начал рассмотрение дела о возможном запрете пяти крупных оппозиционных сил. Иск подписали 88 депутатов правящего большинства. Под угрозой запрета оказались «Единое национальное движение», «Коалиция за перемены», «Сильная Грузия — Лело», «Федералисты» и партия Георгия Гахария «За Грузию».
Речь идет уже не о борьбе власти с одним политическим противником. Под удар поставлена значительная часть организованной оппозиции. Выборы без реальной оппозиции — это уже не демократия. Парламент без политической конкуренции превращается в декорацию, а государственные институты — в инструменты сохранения власти одной группы.
Бидзина Иванишвили может формально не занимать должность главы государства или правительства, но невозможно игнорировать его колоссальное влияние на политическую систему, созданную вокруг «Грузинской мечты». За годы ее правления произошла опасная трансформация: от обещаний европейского будущего — к конфликту с европейскими институтами; от политической конкуренции — к попыткам запрета оппозиции; от демократического спора — к уголовным делам, арестам и давлению на гражданское общество.
Парламентская ассамблея Совета Европы еще летом 2026 года предупреждала: запрет демократической оппозиции и заключение ее руководителей фактически означали бы создание в Грузии однопартийной диктатуры.
Особенно тяжелым символом происходящего остается судьба Михаила Саакашвили. Невозможно вычеркнуть из истории то, что при Саакашвили Грузия провела масштабные государственные реформы, резко изменила работу многих институтов и укрепила свою западную ориентацию.
Сегодня бывший президент остается в заключении. В октябре Европарламент вновь потребовал его немедленного и безусловного освобождения наряду с другими лицами, которых он считает политическими заключенными.
Получается страшная картина: бывший президент — в тюрьме, оппозиционные лидеры подвергаются уголовному преследованию, крупнейшие оппозиционные партии пытаются запретить, пространство для независимого гражданского общества сужается.
Сколько еще элементов демократии необходимо уничтожить, прежде чем вещи наконец будут названы своими именами?
После спорных парламентских выборов 2024 года протесты продолжались длительное время. Но вместо политического компромисса и восстановления доверия мы видим дальнейшее ужесточение законодательства и наступление на оппозицию.
Это особенно трагично потому, что речь идет о Грузии — стране, которая заплатила огромную цену за независимость и европейский выбор. Грузинский народ боролся не для того, чтобы спустя десятилетия получить систему, где власть сама определяет, кому разрешено быть ее политическим конкурентом.
Нельзя допустить азербайджанского сценария в Грузии. Сначала власть объявляет оппозицию врагами государства. Потом независимых политиков вытесняют из реальной политики. Потом под контроль переходят суды, парламент и значительная часть информационного пространства. Затем выборы превращаются в процедуру подтверждения уже существующей власти. И однажды общество обнаруживает, что государственные институты существуют, Конституция существует, выборы проводятся — а возможности сменить власть фактически уже нет.
Именно поэтому происходящее в Грузии вызывает у нас такую тревогу.
Мы не хотим, чтобы Грузия повторила путь Азербайджана, где многолетняя концентрация власти практически уничтожила нормальную политическую конкуренцию.
Грузия должна оставаться Грузией — свободной, европейской, демократической страной, где власть можно менять на выборах, а не государством, принадлежащим одной партии или одному человеку. Европейский союз, Совет Европы и демократические государства не могут бесконечно выражать «глубокую обеспокоенность».
8 октября Европарламент подавляющим большинством — 445 голосов против 37 — принял резолюцию о попытках «Грузинской мечты» запретить оппозиционные партии. В документе говорится о дальнейшем откате демократии, свободы СМИ, прав человека и верховенства закона. Европарламент призвал к адресным санкциям и визовым ограничениям против лиц, ответственных за демократический откат и политические преследования, в том числе в отношении Бидзины Иванишвили и ряда ведущих представителей власти.
При этом санкции должны быть направлены не против грузинского народа. Наоборот — Европа должна четко разделить Грузию и действия ее нынешней власти. Нельзя наказывать народ, который выходит на улицы с грузинскими и европейскими флагами и продолжает бороться за европейское будущее своей страны.
Если нынешний курс сохранится и основные оппозиционные партии действительно будут запрещены, Грузия рискует войти в выборы 2028 года уже в принципиально другой политической реальности.
Первый сценарий — окончательная консолидация власти вокруг «Грузинской мечты», дальнейшее ослабление оппозиции, гражданского общества и независимых СМИ, международная изоляция и фактическая заморозка европейской интеграции.
Второй — сохранение массового общественного сопротивления, международного давления и политической конкуренции, которые заставят власть отказаться от движения к однопартийной системе и вернуть страну к реальной демократии.
Я убежден: борьба за Грузию еще не закончена. Потому что Иванишвили — это не Грузия. «Грузинская мечта» — это не Грузия.
Грузия — это ее народ.
Мы призываем Европейский союз, Совет Европы и демократические государства перейти от бесконечных выражений обеспокоенности к конкретным политическим мерам против тех, кто несет ответственность за демонтаж грузинской демократии.
Мы требуем прекращения политических преследований.
Мы требуем сохранения многопартийной системы.
Мы требуем свободы для политических заключенных.
Грузия принадлежит не Иванишвили и не одной партии. Грузия принадлежит грузинскому народу.
И будущее этой страны должно определяться свободным голосованием граждан, а не запретом тех, кто способен бросить вызов власти.
Свободная Грузия была и остается важнейшей частью будущего свободного Кавказа.
Иса Садыков