Оккупация Чеченской Республики Ичкерия войсками Российской Федерации продолжается

 

Вход


Ингушка - (рассказ чеченца)

  • Автор: Nohcho
  • Опубликовано в История
Скачать шаблоны для cms Joomla 3 бесплатно.
Зелёные шаблоны джумла.



Чеченец улыбнулся как-то нерадостно. Эта улыбка бывает у людей, видавших на своем веку много горя и очень мало радости. Он закурил, выплюнул в сторону крошки табака изо рта и начал: 
– Это было (если я не ошибаюсь) в феврале 1945 года. На севере Казахстана в это время бывает морозно. С другом Мовлади мы ехали на санях в бычьей упряжи. Далеко нам надо было ехать. 
Приблизительно на половине пути мы догнали женщину, которая тащила за собой маленькие сани. На санях лежал матрасный чехол. Видимо, в нем что-то она везла. Женщину мы заметили издали. Она тянула сани, почти припав к земле. Часто останавливалась. Она была очень усталая. Мы громко говорили на родном языке. Услышав наш разговор, она немного осмелела. 
– Вы чеченцы? – спросила она, когда мы поравнялись с ней. Сани мы остановили. 
– Да, – ответил я. 
Она была ингушка. 
– Подвезите меня хоть километра два. Я бы отдохнула. 
Мы без рассуждений усадили ее в сани, привязали ее санки к нашим саням и поехали. Чехол с содержимым не удерживался на маленьких санках и падал. Женщина проворно соскакивала и опять клала чехол на место. Наконец мне надоели эти бесконечные остановки. 
– Положи свой мешок в наши сани, он не будет падать, – сказал я. 
Женщина подняла с дороги чехол с одержимым с нечеловеческим усилием. Я даже заметил, как у нее сразу почернело под глазами. «Наверное, везет какие-то вещи и боится, что мы ее ограбим», – подумал я. Великий Аллах1, я не прошу себе этой мысли. 
Женщина была голодна. Догадаться было не трудно. Мы с Мовлади разделили с ней свой провиант. К вечеру второго дня я как-то нечаянно оперся локтем на ее чехол. Что-то твердое лежало там. Я содрогнулся, предчувствуя что-то нехорошее. 
– Что здесь лежит? – спросил я машинально. 
Женщина испугалась. 
– Я слезу, – сказала она. – Ваши быки устали. 
– Нет, – ответил я. – Ты поедешь с нами до тех пор, пока наши пути не разойдутся. Я спросил лишь потому, что мне почудилось в мешке… 
Я не договорил, было как-то неприятно вы- говорить это слово. Женщина закрыла глаза руками и сквозь слезы сказала: 
– Да, это человек. 
– Кто же он? 
– Мой свекор. Мы еще в поезде разлучились с семьей. Вот год, как мы странствуем по этой проклятой стране. Не можем найти семью. Свекор умер от голода. Предать его земле я не могла: ни в одном селе мне местные не дали лопату. Я хотела дойти до вайнахов, чтобы мой свекор с должным трауром был предан земле. 
– Почему же ты нам не говорила? – с горечью спросил Мовлади. – Разве мы не вайнахи? 
– Пусть Аллах1 избавит вас от несчастий, – сказала ингушка. – Я не хотела омрачать вас, несчастных, моим несчастьем. 
На третий день мы доехали. 
Весть об ингушке разлетелась по окрест лежащим селам. На траур сошлись сотни чеченцев. За 50-60 километров приходили чеченцы и первым долгом высказывали свои соболезнования этой мужественной ингушке. Вокруг нее собралось много друзей. Умершего старика схоронили на новом чеченском кладбище. Спи спокойно!.

Отдел Истории "Чеченпресс".