7 октября 2006 года убили Анну Политковскую. Но убить правду, за которую она отдала жизнь, так и не смогли.
Анна Политковская знала, чем рискует. Она знала, кто стоит по другую сторону. Знала, что за её публикациями могут прийти угрозы, давление, преследование и смерть.
Но она продолжала писать. Она писала о Чечне тогда, когда российская государственная машина пыталась представить войну как «восстановление конституционного порядка» и «борьбу с терроризмом». За этими циничными формулировками она показывала настоящую реальность: разрушенные города и сёла, убитых мирных жителей, детей, женщин и стариков, похищения, пытки, исчезновения и страх. Она писала о тех, кого российская пропаганда предпочитала не считать людьми.
Её называли врагом, предателем, агентом. Ей угрожали. Её пытались запугать и заставить замолчать.
Она не замолчала. Именно поэтому её убили.
Но есть вопросы, которые спустя двадцать лет должны звучать особенно громко:
Почему преступления, о которых Анна предупреждала мир, не были остановлены?
Почему мир видел разрушенную Чечню и продолжал делать вид, что это внутреннее дело России?
Почему тысячи исчезновений, пытки и убийства мирных жителей не стали достаточным основанием для решительного международного ответа?
Почему безнаказанность стала нормой?
Анна Политковская предупреждала: если преступления государства остаются без наказания, они не заканчиваются — они становятся частью системы.
История подтвердила её слова. Чечня стала одним из первых страшных предупреждений. Затем были новые войны, новые разрушенные города, новые жертвы и новые попытки оправдать насилие словами о «борьбе с терроризмом», «защите безопасности» и «восстановлении порядка».
Мир слишком часто слышал ложь и слишком редко слушал тех, кто говорил правду.
Для нас, кавказцев, Анна Политковская — не просто журналист. Она — человек, который в самые страшные годы не отвернулся от Кавказа. Она пришла туда, где было страшно, разговаривала с теми, кого боялись слушать, и писала о тех, кого пытались заставить исчезнуть не только физически, но и из памяти. Она стала голосом многих безымянных жертв.
Ты писала о Чечне, но твой голос оказался гораздо шире одной войны. Ты предупреждала мир о том, что происходит, когда ложь становится государственной политикой, а преступление — нормой.
Анна, мы помним тебя.
Мы чтим твою память.
И мы благодарны тебе за правду.
Твои статьи остались. Осталась память о тех, за кого ты боролась. И спустя двадцать лет твой голос по-прежнему звучит.
Кавказ помнит.
Иса Садыков