РАЗДЕЛ "ПРЕССА"

Имидж превыше всего?

ЗОЯ СВЕТОВА, ЕЖ.Ру, 22.05.07г.

 

В Кремле серьезно взялись за улучшение имиджа России за рубежом. В президентской пресс-службе появились специальные сотрудники, которые регулярно звонят иностранным журналистам и приглашают их на пресс-конференции или устраивают эксклюзивные интервью с ньюсмейкерами, которые трактуют для иносми важные инициативы российского руководства в области внешней политики и терпеливо отвечают на классические вопросы журналистов. А те так и норовят спросить, почему российские власти боятся оппозицию и разгоняют «Марши несогласных».

У разных по фамилии, но единых по духу кремлевских спикеров ответ всегда один: «Что вы все про наши манифестации спрашиваете, смотрите, как французы борются со своими погромами в пригородах, а немцы разгоняют антиглобалистов...» Иностранцы слушают и не возражают. Но имидж России на Западе после таких бесед почему-то не улучшается. Да и как он может улучшиться, если иностранные журналисты на своей собственной «шкуре» проверяют, что такое «свобода слова» и «демократия», когда за освещение мирных демонстраций стражи порядка калечат этих самых журналистов и не только не извиняются и не ищут виновных, а, напротив, пытаются доказать, что иностранные корреспонденты сами себя побили.

А может ли вообще улучшиться имидж России, если российские политики в общении с Западом по-прежнему предпочитают излюбленные с советских времен методы «торговли» и шантажа? И ради этой самой торговли приходится поступаться даже имиджем. За примерами далеко ходить не надо. Вот, например, приезжает в Москву председатель Европейского суда по правам человека Жан-Поль Коста. Он приезжает познакомиться: его недавно избрали главой этого столь известного в России судебного органа. Кроме того, судье позарез нужно уговорить российских депутатов ратифицировать протокол № 14 Европейской Конвенции по правам человека. Вернее, не «уговорить», а «убедить».

Российские собеседники страсбургского судьи прекрасно понимают, что он приехал в Москву как проситель. И стараются получить от этого визита максимум пользы. В интервью российским СМИ Жан-Поль Коста терпеливо объясняет, почему Европейскому суду по правам человека так нужна ратификация 14 протокола. Суд завален жалобами, а после ратификации в его работу будут внесены изменения, которые позволят обрабатывать жалобы быстрее, чем это делается сегодня. Решение суда о неприемлемости жалобы, которое сейчас принимается тремя судьями, будет приниматься судьей единолично и т.д.

В интервью радио «Эхо Москвы» судья посетовал, что, если российская Дума будет продолжать сопротивляться ратификации 14 протокола, это приведет к серьезному кризису внутри Страсбургского суда, который «выйдет за пределы чисто технических проблем».

Судя по всему, уехал Жан-Поль Коста разочарованным. Ему так и не удалось убедить противников ратификации 14 протокола. Торговля, скорее всего, была достаточно серьезной. По ходу дела председателя Евросуда попытались «использовать». На сайте Генпрокуратуры было опубликовано следующее заявление: «Генпрокурор Юрий Чайка и председатель Евросуда Жан-Поль Коста обсудили вопросы, касающиеся коммуникаций уголовных дел. Жан-Поль Коста с пониманием отнесся и обещал заняться ревизией этих дел».

Мои знакомые юристы, специализирующиеся на рассмотрении дел в Европейском суде по правам человека, возмущались: «Как можно ревизовать решения Европейского суда? Не мог Жан-Поль Коста этого пообещать! Это равносильно тому, что генпрокурор Юрий Чайка приходит к председателю Верховного суда РФ и просит его пересмотреть решения этой судебной инстанции!»

«Они что, не понимают, что, если страсбургские судьи попробуют что-то пересмотреть, они потеряют уважение и репутацию в мире. Это ведь не Басманный суд, которому можно приказать принять то или иное решение», — удивлялся адвокат, не раз присутствовавший на заседаниях Евросуда.

Жан-Поль Коста развеял все подозрения. «Юрий Чайка сказал, что очень часто создается впечатление, будто бы суд или его секретариат не относятся ко всем делам, связанным с Россией, «на равных»... Я изучу этот вопрос...» — объяснил он, отвечая на вопрос корреспондента «Эхо Москвы», встревоженного заявлением Генпрокуратуры.

Что значит — относиться ко всем делам «не на равных»? И вокруг чего могла вестись «торговля» между председателем Евросуда и российскими официальными лицами?

Здесь, как говорится, «к гадалке не ходи». Речь, скорее всего, шла о неприятных для России жалобах, уже прошедших коммуникацию, в отношении которых в ближайшее время должно быть принято решение. И когда в Генпрокуратуре заявляли о «вопросах, связанных с коммуникацией некоторых уголовных дел», имелись в виду, вероятно, сроки рассмотрения этих дел по существу. Можно предположить, что Жан-Поля Коста попросили, например, порекомендовать Евросуду начать рассмотрение жалобы Михаила Ходорковского уже после того, как он будет осужден по второму уголовному делу, возбужденному против него. Или вообще приступить к его жалобе только после 2008 года. Вот страсбургский судья и пообещал «изучить этот вопрос».

Юрий Чайка, со своей стороны, пообещал поговорить с президентом России о ратификации 14 протокола. Но президент, как известно, «за». «Против» ратификации выступают некоторые депутаты Госдумы. А у нас, Ваша честь, демократия. Это значит, что президент не может повлиять на парламентариев. Так что, господа судьи, с вашими техническими проблемами разбирайтесь сами. «Изучайте вопросы...» А как пройдут у нас президентские выборы, мы, может, и вашу просьбу удовлетворим. Такой диалог на своем «птичьем» языке вполне могли вести между собой господа юристы. Юрий Чайка, так же, как и Жан-Поль Коста, прекрасно знает, что заставить Россию ратифицировать протокол никто не может: ни Страсбургский суд, ни Евросоюз.

Зато есть предмет для «торговли». И тут уже России не до имиджа. А Страсбург? Что для него важнее: ратификация протокола или имидж?



 

 

 

[an error occurred while processing this directive]
[an error occurred while processing this directive]