Из Чечни – с Днем милиции!

Заурбек Галаев, CHECHENPRESS, 11.11.06г.

В сообщениях российских СМИ после операций, проведенных моджахедами против оккупантов на Кавказе, часто присутствует информация, направленная на то, чтобы выдавить у обывателя слезу по поводу русских карателей, «невинно убиенных бандитами».

Еще не остынут трупы приехавших на Кавказ подзаработать на чужой крови, а вам уже сообщат, сколько детишек в далеком российском городке осталось у битого «в командировке» оккупанта, а подсуетившиеся телевизионщики покажут вам к вечернему выпуску новостей убитую горем вдову.

Мордовию, например, вогнали чуть ли не в республиканский траур, отменив празднование Дня милиции из-за уничтоженных в горах Ичкерии семерых мерзавцев-наемников, приехавших на заработки. Правда, появляется вопрос, насколько искренне население в российских городах, питающее еще со сталинских времен жгучую ненависть к «ментам-мусорам», переживает по поводу гибели «своих» омоновцев? Впрочем, российская пропаганда предпочитает не затрагивать этот, довольно скользкий, аспект «всенародного траура».

Однако, судя по почте, поступающей в чеченские информационные агентства от рядовых граждан России, траурных настроений по поводу уничтожения «милиционеров», командированных на Кавказ, их земляки не испытывают – уж больно надоел беспредел опричников Путина-Нургалиева даже терпеливым русским.

Обычно, если очередные уничтоженные оккупанты-«милиционеры» были командированы из условного города «Н», то следом в адрес чеченского агентства из города «Н» приходят письма с выражением поддержки и благодарности чеченским моджахедам за избавление от того или иного садиста в форме, причинявшего немало страданий своим землякам. Да и официальные данные опросов в России свидетельствуют о том, что за годы правления Путина сложилась ситуация, когда народ больше боится своей «родной милиции», чем преступников.

Тем не менее, все мы люди, и когда появляется сообщение вроде: «ослепшему в результате взрыва и ранения милиционеру пришлось ампутировать обе руки…», нормальный человек не будет испытывать по поводу этих деталей радости, независимо от того, на чьей он стороне в этой долгой и ожесточенной войны, идущей на Кавказе. Другое дело, что сопереживать чужому горю путинские пропагандисты предлагают в одностороннем порядке. А выпрашивать сострадание они большие мастера, – чего стоит одна скорбная мимика дикторов российского телевидения, сообщающих о потерях оккупантов на Кавказе!  

Совсем иная картина предстает перед нами, когда дело касается других. Нет, мы не говорим о тех, кто с оружием в руках ведет борьбу. Например, события в станице Бороздиновской не стоили даже того, чтобы российские политики и дикторы российского телевидения изобразили хоть какую-то озабоченность, – что с их, от природы постными физиономиями и профессиональными навыками, не составляло особого труда. А ведь речь шла о людях, которых называют «гражданами России» (к тому же не чеченцах), протестующих после того, как вооруженные бандиты, состоящие в официальных российских структурах, ворвались в их село, жгли дома, похитили, а затем хладнокровно убили 11 мирных граждан.

Все это для российской стороны – не повод для сострадания или выражения сочувствия. Подумаешь, ну покинули от ужаса (перевод: террора) жители села свои дома, живут второй год в поле на границе, не могут найти даже трупов 11 своих односельчан, захваченных на глазах у всего села российскими структурами, и просят у оккупантов хотя бы останки отдать для захоронения. Другое дело – безутешная уральская (мордовская, псковская…и т. д.) вдова, отправившая своего садиста-мужа в командировку, по окончании которой он ей обещал справить новую шубку. Это да, действительно, тот информационный повод, по которому должна скорбеть и сокрушаться вся страна.

Наглядный пример отношения российской стороны к своим преступлениям продемонстрировал уполномоченный РФ при Европейском суде Павел Лаптев. Как передали российские СМИ, в день объявления решения Европейского суда по искам из Чечни, состоялся «круглый стол» с замысловатой повесткой дня: «Соотношение правоприменительной практики международных и российских судов».

В качестве примеров правоприменительной практики Европейского суда в тот день было использовано решение по чеченским искам против России за преступления, о которых россиянам российские СМИ не сообщают – видимо, чтобы не портить настроение перед просмотром праздничного концерта ко Дню милиции.

Вот содержание одного из эпизодов из дел, рассмотренных Европейским судом:

«3 июня 2000 года группа военных появилась на рынке, где работала сорокалетняя мать четверых детей Нура Лулуева, и задержала ее вместе с несколькими другими людьми, включая двух ее кузин. Очевидцы задержания сообщили, что военные приехали на нескольких бронетранспортерах (БТР), которые находятся исключительно в распоряжении федеральных сил. Тело Лулуевой и тела ее кузин были найдены в массовом захоронении в Чечне среди останков пятидесяти одного человека в феврале 2001 года. Массовое захоронение расположено в дачном поселке Здоровье, меньше чем в километре от главной базы федеральных войск в Ханкале, Чечня. Большинство тел были в гражданской одежде, некоторые были с повязками на голове, руки и ноги были связаны за спиной. Нескольких людей, чьи тела были обнаружены, в последний раз видели под контролем российских войск. Обнаружение и содержание массового захоронения были задокументированы организацией Хьюман Райтс Вотч».

Когда о подобных преступлениях сообщают чеченские источники, на языке кремлевской пропаганды это называется «антироссийская пропаганда чеченских сепаратистов».

Однако Европейский суд принял решение, признающее Россию виновной, и присудил к выплате компенсаций, которые, впрочем, не компенсируют людям потерянных близких.

Что же нашел сказать по поводу этой «злостной клеветы на политику России на Кавказе», раздающейся уже из Европы, уполномоченный представлять Россию в Европейском суде? Может быть, он опроверг обвинения своей страны, заявил от необходимости расследования преступлений и наказания виновных? Ничего подобного. Уполномоченный на «круглом столе» заявил, что Европейский суд слишком дорого обходится России, потому что правительству страны пришлось выплатить по жалобам граждан более 12 миллионов рублей. Кто захватывал людей с рынка, привозил на главную базу оккупантов, убивал женщин, проламывая черепа, и устроил там же массовые захоронения, в России не возмущает и не интересует никого. Россию возмущают и интересуют только 12 миллионов рублей, которые ее заставили выплатить родственникам жертв.

На базе в Ханкале, вокруг и на территории которой имеются массовые захоронения,  оккупанты устроили жилой городок под кольцом охраны и минных полей. Судя по публикациям в российских СМИ, некоторые из них привезли семьи и даже построили школу и детский сад. Интересно, а неистребимый в этом страшном месте трупный запах не беспокоит детишек, играющих в песочницах, или наблюдающих за ними ласковых мам? Похоже, не беспокоит. Ведь совесть может досаждать только тем, у кого она есть, а в России эта субстанция не живет.

Поэтому, когда видишь очередной раз дикторов российского телевидения, театрально изображающих скорбь и выклянчивающих сострадание видом детей очередного «командированного милиционера», единственное, что хочется им сказать: «Да идите вы к черту!». И пожелать, – в честь Дня милиции, – остальным российским бандитам в форме отправиться к родным в таких же казенных упаковках, как и 7 мордовских омоновцев. А выжившим со всей искренностью пожелать оказаться в том же состоянии, в каком пребывает какающий под себя генерал Романов. Привет ему персональный, чтобы не забывал о Чечне.